Борис Новиков | TIFF 2014: По дороге жизни

20.01.2014 18:49

Роуд-муви — один из моих самых любимых киножанров, что, вообще-то, удивительно, учитывая, как меня удручает сам процесс перемещения из пункта «А» в пункт «Б». Телепортация — вот это изобретение, вот это действительно нужная в хозяйстве вещь, ведь бывать в новых местах я люблю, но тот факт, что приходится потратить энное количество сил и энергии на дорогу, страшно огорчает. Хотя, возможно, я потому и люблю дорожное кино, что сам хотел бы научиться чувствовать романтику путешествий в полной мере, чтобы «от Питера до Москвы бутылка да стук колёс» вызывало в нижних конечностях нестерпимый зуд, а «бродяга останется бродягой до самой смерти» — желание бросить всё, схватить дорожный посох и усвистать куда-нибудь за синие горы, за белый туман.

Международный кинофестиваль в Тромсё порадовал сразу двумя совершенно разными роуд-муви. Один — долгожданная «Небраска*» Александра Пэйна, которая не только участвует в основной конкурсной программе TIFF-2014, но и стояла в моём списке обязательных к просмотру фильмов первым номером. А другой — испанская лента «С закрытыми глазами жить легко*»; этот фильм я посмотрел чисто случайно по совету подруги и совершенно внезапно получил гигантское удовольствие. Кино про гиков, пусть и из другой субкультуры, — это по определению интересно, а уж когда оно ещё и талантливо снято и сыграно, то пропускать такое — попросту преступно.



Чёрно-белое, неторопливое, флегматичное, ироничное, прекрасное и гениальное — вот перечень основных эпитетов, стопроцентно подходящих к «Небраске». Вуди Грант, престарелый отец семейства, имеющий определенные проблемы с алкоголем, получает рекламную листовку, в которой сказано, что он стал обладателем миллиона долларов. Мелким шрифтом написанное «если» он предпочитает не замечать, и, невзирая ни на преклонный возраст, ни на шумные протесты жены (Джун Скуибб в этой роли совершенно неподражаема и строго по делу получила номинацию на «Оскар»), ни на раздражение сыновей, устремляется в из привычного Биллингса, штат Монтана, в Линкольн, штат Небраска, куда следует прибыть за получением миллиона. Устав ловить и возвращать неугомонного папашу домой, его младший сын Дэвид решает, что проще поехать туда вместе с ним, чтобы тот не натворил чего, узнав, что история с миллионом — фикция. Естественно, что Вуди не планирует держать язык за зубами и рассказывает каждому встреченному родственнику и знакомому, что он теперь миллионер, на что окружающие реагируют вполне однозначно: старик стал самым богатым селезнем в мире, а не получится ли стрясти с него что-нибудь или даже сколько-нибудь?



История стариков и их детей — это не суть картины. Да, это, безусловно, рассказ об отцах и детях, точнее, о сыне, который стремится понять своего отца, отношения с которым по ходу жизни сложились какие-то очень уж формальные. Но на самом деле это всего лишь форма, а содержание — несколько глубже. Вуди изо всех своих уже невеликих сил пытается найти смысл в жизни, которая стремительно катится к закату. Он очень хочет, чтобы ему было чем гордиться, чтобы окружающие смотрели на него и говорили: «Да, этот Вуди — мужичок не промах». Для этого — и миллион, и новая машина, которую он всё равно не сможет войти, и похвальбы перед дальней роднёй и бывшими приятелями. Ведь он о многом сделанном и несделанном в жизни жалеет… Невооружённым взглядом этого и не разглядишь: персонажи картины Пэйна, исключая, пожалуй, ничуть не утратившую энергии супругу Вуди, — образец флегматичности и невозмутимости, каждый из которых дай Бог однократно прорывается что-то, похожее на взрыв эмоций. Однако, то потрясающее упрямство, с который герой великолепного в этой роли Брюса Дерна прёт к своей цели, вполне однозначно заявляет: там, внутри, — пожар, который ничем не затушить.

Трогательная и мягкая, порой изумительно смешная, а порой — до слёз трагическая повесть о том, как тяжело мы переживаем собственные ошибки, должна была бы стать фаворитом фестиваля в Тромсё, но не стала. Последние несколько дней «Небраска*» стабильно держалась на четвёртом месте в списке самых популярных у зрителей картин, если судить по количеству проданных билетов, уступая «12 годам рабства», «Ланчбоксу» и ленте «Я ничья*», неизменно лидировавшей в кассах кинотеатров.

А вот второй роуд-муви, о котором я бы хотел рассказать, так же стабильно занимал последнее, десятое место, что лично для меня удивительно, ведь я сразу поставил испанскую картину «С закрытыми глазами жить легко*», которую снял Давид Труэба, в тройку лучших фильмов этого фестиваля.



«Vivir es fácil con los ojos cerrados» — это кино о добрых людях. Они не идеальные: кто-то страдает подростковым максимализмом, кто-то не умеет воспитывать детей, кто-то инфантилен без меры, но все они — добрые люди, которые волею судьбы встретились друг с другом в довольно дурацких обстоятельствах. Хуанхо сбежал из дома от отца-деспота: он, видите ли, велел сыну постричься и перестать выглядеть как девочка, а тот слишком ценил свою индивидуальность. Белен убежала из пансионата для молодых девушек, даже особенно не задумавшись о том, а куда ей, собственно, идти. Ну а идеалист, мечтатель и гик Антонио, учитель английского, взял в школе выходные, чтобы повидаться со своим кумиром Джоном Ленноном и рассказать ему, что пора уже «Битлз» выпускать вместе с пластинками буклеты с напечатанными текстами песен, ибо далеко не все фанаты группы являются носителями английского и им сложно воспринимать песни на слух. Встретив по дороге Белен и Хуанхо, Антонио взял их под своё покровительство, и все трое принялись помогать друг другу по мере сил.



Мечта сбывается при должном упорстве. Любовь случается совсем внезапо. Иногда взрослые бывают правы. В тихом омуте водятся черти. Страху нужно смотреть в лицо. Родители нас любят. Простые истины. Даже банальные. Но на залитой солнцем ровной асфальтовой дороге, по которой катится страшно похожий на «запорожец» автомобильчик Антонио, это самые банальные истины оказываются ровно тем, чем являются на самом деле: правдой жизни, а правда жизни ну никак не может быть банальной. Давид Труэба снял до умиления чудесное кино, в которое невозможно не влюбиться, и дико обидно и несправедливо, что большинство зрителей его попросту не увидит. Огромное человеческое спасибо организаторам фестиваля за эту редчайшую возможность. Хотелось бы сказать, что этот фильм я обязательно куплю в коллекцию, но… По крайней мере, я очень постараюсь.



2427

Борис Новиков | TIFF 2014: Отцы, дети, любовь и коммунизм

18.01.2014 15:17, внесены изменения 18.01.2014 19:41

Тема отношений родителей и детей — вечная. Так уж мы, люди, устроены, что истинным нам кажется то, что происходит с нами здесь и сейчас, а не потом и вон там. Это не просто нормально — пожалуй, наоборот было бы куда более дико и странно. Отсюда и неослабевающий интерес к этой теме среди тех, кому есть что сказать, не говоря уже о тех, кому сказать нечего, а очень хочется. То ли мне везло, то ли программный директор Международного кинофестиваля в Тромсё намеренно следовал этим курсом, но абсолютное большинство отсмотренных мною картин — именно об этом. Даже от фильма-открытия тургеневским духом веяло за версту.



«Я ничья*» Кьеля-Аке Андерссона рассказывает до сих пор полагающуюся нестандартной историю отца-одиночки. Жена ушла от него в одночасье — не потому, что дурно с ней обращался или, скажем, не пропускал ни одной юбки. Просто ушла, сиюминутно, в ночь, оставив позади не только ошарашенного таким внезапным ударом мужа, но и так ничего и не понявшую пятилетнюю дочку. На протяжении шести лет муж, которого, кажется, так ни разу никто и не называет по имени, пытается быть отцом своему ребенку, но ноша эта ему одному не по плечу. Герой медленно, но верно начинает спиваться, вцепившись как клещ в свое неудачливое прошлое; ему казалось, что это якорь, удерживающий его на воде, но на деле это было камнем на шее. И никто — никто! ни бывшая теперь уже супруга, ни родители, ни брат! — не пытаются поддержать его, а только накидывают верху мешков с песком: тони уже, дурак, тони скорее, ты всё равно ни на что иное не способен. Немудрено, что в конце концов он действительно начинает тонуть.



Скорее всего, зрителям, которым в жизни повезло, покажется, что из них старательно выжимают слезу. К несчастью, тем, кому пришлось столкнуться с алкоголем в семье, множество сцен из этой ленты рванут по сердцу тупым и ржавым ножом, настолько метко и узнаваемо подано поведение такого вот отца, чей корабль дал течь и пошёл ко дну бутылки. Микаэль Персбрандт выдает сильнейшую игру, завораживающую настолько, что порой от экрана хочется отвернуться или хотя бы просто перестать ему верить. Отнюдь не теряются на его фоне и юные исполнительницы роли его дочери — Ида Энгволл (Лиза в 5 лет) и Сага Самуэльсон (Лиза в 11 лет). Вообще, девочка здесь — самая сильная личность, верная и любящая, но тоже отнюдь не железная, что придаёт ей исключительную хрупкость, несмотря на общую крепость характера.



Особую — и довольно странную, надо сказать, — атмосферу событиям картины сообщает идеологический фон: действие фильма разворачивается в конце семидесятых, когда в Швеции цвели коммунистические настроения. Трудно сказать, является ли стремление к социалистическому будущему определяющим фактором в сознании героев, но большинство сцен, в которых это самое стремление проявляется, — скорее юмористические, нежели драматические.
И тут я плавно перехожу к еще одной картине, которая отмечена печатью советского наследия. К проблеме отцов и детей она отношения не имеет, зато СССР времён хрущёвской «оттепели» играет в ней действительно ключевую роль. Финская лента «Август-чаровник*» — это комедия, которую легко и непринуждённо можно отнести к фарсу чистой воды, и вряд ли режиссёр Тару Мякеля за это обидится. Опережая события, скажу, что коммунистическая идеология здесь главным образом ограничитель, препятствие, которое, по законам драмы, героям следует преодолеть, чтобы достичь поставленной цели, а уже потом — комедийный элемент. Глумежа над прошлым нашей страны не наблюдается, хотя дружеское подтрунивание, безусловно, имеется в наличии.



1962 год. Хельсинки. На фестиваль молодёжи прибывает делегация чехословацких музыкантов, прошедших строжайший идеологический инструктаж: водку не пьянствовать, безобразия не нарушать, вести себя исключительно прилично и не позорить страну. В составе делегации — саксофонист Ян, который двадцать лет назад влюбился в местную жительницу, но уехал домой и — опять-таки, по объективным идеологическим причинам — не написал ей ни одного письма. Оказавшись в городе, где испытал настоящую любовь, Ян немедленно приступает к поискам былой возлюбленной, Эльзой, ныне — хозяйки магазина шляп, работающей на полставки гадалкой (эта её подработка популярна в столице Финляндии настолько, что к ней посоветоваться заглядывает сам президент). Глава делегации — молодой парень по имени Адам, этакий замполит от гражданского населения, — изо всех сил пытается вернуть разум рехнувшемуся от любви саксофонисту, но знакомится с племянницей Эльзы и...

Чего тут только нет, помимо чудесной любовной истории и совершенно невероятной Кати Оутинен. И чарующий, предчувствущий свою скорую кончину джаз, и толстомясый шеф полиции, страдающий от любви к собственной домработнице, и парочка убойной силы камео, самое спокойное из которых — появление самого Юрия Гагарина (речь идёт о персонажах разумеется). Кстати, интересное наблюдение: не только наши с вами соотечественники, углядев в иностранном фильме знакомую местность, начинают радоваться, гоготать и тыкать пальцами: потомкам викингов подобная реакция на норвежские локации в, как раньше говорили, импортном кино тоже свойственна.



Фильм был бы очень хорошим, не будь он настолько предсказуем даже в плане шуток; впрочем, это не шпионский роман, в конце концов. Как говорится, расслабьтесь и получайте удовольствие — если не от истории как таковой, то хотя бы от блистательной актёрской игры Кати Оутинен, этакой финской Инны Чуриковой. Кино, может быть, не покажется таким уж смешным, что для фарса несколько странно, зато романтики здесь — хоть ложками ешь и добавки проси.

2068

Борис Новиков | TIFF 2014: Как географ пропил свой глобус в Норвегии

16.01.2014 04:22

Возле кинотеатра Hålogaland, что на самом берегу залива, над холодными и темными водами которого величественно возвышается огромная заснеженная гора, живет вот такая печальная и ненастоящая такса. Она может вилять хвостом вверх-вниз, но повода для этого у нее нет, ведь она ждет своего хозяина, ушедшего в море, но так и не вернувшегося на берег. Памятник верному другу — так называют эту собаку.





Собаку жалко. Но пришёл я сюда не за тем, чтобы пустить скупую мужскую слезу и запить нахлынувшую печаль бутылочкой водочки или настоящего португальского портвейна прямо из Барселоны. Этим у нас занимается Виктор Служкин, учитель географии. А я пришёл сюда, чтобы ещё раз посмотреть ленту Александра Велединского «Географ глобус пропил»и понаблюдать за реакцией иностранной и иноязычной аудитории на это очень русское, но при этом всё-таки в нужной степени европейское кино.





Как человеку, не имеющему ни малейшего отношения к появлению этой картины на свет, мне, тем не менее, было совсем не совестно испытывать гордость, слушая, как зрители — немцы, итальянцы, норвеги, шведы, китайцы, американцы — взрываются смехом ровно в тех же самых местах, в каких смеялись и мы, русские. А еще очень интересно было замечать, как после того, как фильм переваливал за половину, некоторые зрители, раньше сидевшие в креслах, вольготно развалившись и почесывая мочку уха, подавались вперед и забывали отрывать от экрана глаза. Не менее интересно, чем видеть, как меняются выражения на лицах дам, сидевших чуть поодаль слева: поначалу на этих лицах был написан такой скепсис, что поставь рядом с ними бидон с молоком, молоко свернётся в мгновение ока; но чем дальше, тем реже сходили с этих же лиц улыбки.





Надо сказать, что молодёжь на фильм реагировала куда живее, нежели люди постарше, поопытнее и позануднее. С одной стороны, это, вроде бы, нормально, в нашей стране картина сложилась примерно такая же. Там, где зрелый человек улыбался, парни лет по двадцать ржали, как молодые кони, и повторяли вслух особо удачные реплики персонажей (как же жаль, что никакой перевод не сможет передать всю мощь выражения «щас как дам в пилораму»!). Но вот что интересно. После сеанса я поговорил с парочкой зрителей. Если те, которым было куда от меня деться, улыбаясь во все зубы, говорили, что этот фильм очень смешной, то другие, которых я прижал к стенке в общественном транспорте, вынуждены были проявить повышенную словоохотливость. Двое студентов, один из Германии, другой из Италии, приехавшие в Тромсё учиться по обмену, рассказали, что им вторая половина «Географа» понравилась больше, чем первая. Поход Служкина с учениками на лоно природы европейской молодежи понравился куда больше, чем запутанные перипетии его семейной и личной жизни. Она, эта молодёжь, попрекнула фильм в том, что там слишком много сцен — в интерьерах, а вот когда дело вышло на пространства, не запятнанные человеческим рутинным бытием, началось то самое, ради чего мы все, несмотря ни на что.

Зрители хвалили Константина Хабенского, и, говоря «хвалили», я преуменьшаю: его игра здесь как минимум дважды была названа блестящей, и меня даже попросили передать Константину их глубокую благодарность. Зрители удивлялись тому, что этот, в общем-то, весёлый фильм — вовсе не комедия и снят не для того, чтобы смешить людей. Удивлялись не потому, что узнали об этом от меня, наоборот, это они мне говорили сами. И они не могли определить его жанр. После четырёх попыток мы пришли к выводу, что это вот оно и есть — то самое русское кино, представителем которого раньше были только Тарковский и немного Михалков. Для некоторых из присутствовавших на показе «Географ глобус пропил» оказался первым опытом просмотра российской кинокартины, и первый блин вышел отнюдь не комом, что лишь подтверждает тот факт, что у нас не только может быть хорошее кино, оно у нас уже есть. Важно, чтобы его видели.



2638

Борис Новиков | Международный кинофестиваль в Тромсё. Начало.

15.01.2014 09:41, внесены изменения 15.01.2014 11:58

Уже в понедельник утром выяснилось, что жители города Тромсё, в двадцать четвертый раз проводившего Международный кинофестиваль, искренне интересуются всем тем, что организаторы того мероприятия могут им предложить. На многие сеансы невозможно было попасть даже с аккредитацией: билеты были распроданы, что называется, в ноль. Абсолютным лидером в этом смысле стала картина Ритеша Батры «Ланчбокс», о которой мы уже рассказывали в дневниках Санкт-Петербургского международного кинофестиваля: билеты были раскуплены на два дня вперед. Но делать было нечего, оставалось довольствоваться фильмами, не столь популярными у жителец города, и специально и очень дальновидно организованными пресс-показами отдельных картин. Впрочем, это единственное расстройство, полученное здесь, да и не расстройство это вовсе, ведь кино — для зрителей, а не только для специально обученных людей. Во всем остальном даже с исключительно субъективной точки зрения — сплошные плюсы: встретили, довезли, разместили, кормят вкусно и три раза в день, выделили замечательного волонтера Джулианну, с которой и город посмотреть в свободное время можно, и о кино поговорить. К разговорам о кино, кажется, готов весь город: навскидку вспоминаются как минимум четыре случайно встреченных человека, которые после непродолжительной беседы обещали пойти посмотреть ленту Александра Велединского «Географ глобус пропил» и «Небраску» Александра Пэйна, участвующую, кстати сказать, в конкурсной программе.

Несмотря на то, что открытие Международного кинофестиваля в Тромсё было назначено на семь часов вечера, первый просмотр состоялся в девять часов утра: десант «Настоящего кино» решил воспользоваться оказией и посмотреть картину российского режиссера Андрея Богатырева «Иуда», поставленную по мотивам повести Леонида Андреева «Иуда Искариот».



Образ евангельского предателя всегда трактовался хоть и разнообразно (чего стоит история о том, что Дракула и Искариот — одно и то же лицо), но все-таки однозначно, а потому апокрифический взгляд на его личность и историю не мог не появиться. Мы не будем заниматься сравнением повести Андреева и фильма Богатырева, а рассмотрим картину как самостоятельное явление. И картина эта, надо сказать, стоит внимания, и вполне возможно, что она окажется интересной и зрителям, равнодушно относящимся к религии и мало что знающим о христианстве.



«Иуда» сосредоточен на заглавном персонаже практически полностью; прочие герои подаются и исключительно его глазами и потому заметно отличаются о привычных образов. Апостолы — простоватые (если не сказать «недалекие») парни, Иисус — молчун, и даже во время проповедей он оказывается не столько красноречивым, сколько искренним, а первосвященник — равнодушный человек, которому нет никакого дела до того, кого люди зовут Царем Иудейским. Иуда же — яркий, мощный, глубокий образ, ставший, кажется, самой сильной и самой главной ролью в текущей фильмографии Алексея Шевченкова. Иуда знает людей, знает их изнутри и видит даже самую малозаметную червоточинку в любой душе и любом сердце, и потому оказывается, что слова и действия Христа ему по-настоящему понятны, в отличие от апостолов, которые вслепую идут за своим учителем и повторяют его слова, не вдаваясь в смысл. Ключевые евангельские события, такие, как тайная вечеря или молитва в Гефсиманском саду, либо подаются мимоходом, либо же и вовсе остаются за кадром, все время фокусируясь на мыслях, словах и поступках Искариота — дурного человека, который, кажется, единственный заслуживает тепла, с которым глядят на него византийские глаза Иисуса Христа. Это не просто апокриф, это бескомпромиссное выворачивание наизнанку чуть ли не всего Священного Писания наизнанку, но как же талантливо и чутко оно сделано. Фильм Богатырева, кажется, лишен даже музыки, но зато он подвижный, зато он живет и дышит, и в нем совершенно непостижимая динамика, происходящая не на экране, а в голове смотрящего.

После такого эмоционального опыта нужно было сгладить полученные впечатления чем-то более мягким и жизненным. В качестве лекарства от невероятной актерской игры Алексея Шевченкова был избран японский фильм «Сын в отца», который и задал первому фестивальному дню основную тему — отношения отцов и детей.



Две совершенно непохожие друг на друга семьи сталкиваются с анекдотичной, но совершенно не смешной ситуацией: их детей подменили в роддоме, и теперь сын одной супружеской пары растет под присмотром другой. Один отец — серьезный и достаточно холодный человек, в жизни которого главное — успех. Его собственный и успех сына, и потому он делает все, чтобы его отпрыск был лучшим на том пути, который отец избрал для мальчика. Другой отец — по большому счету, недотепа и подкаблучник, привыкший работать в основном руками, и что для него главное — не очевидно. Он просто живет и любит свою жену и детей, которых у него трое, и старается проводить с ними как можно больше времени. Кто из них «лучший» отец и в чьей семье сыну будет лучше — в биологической или в воспитавшей — это вопрос. И решением этого самого вопроса фильм и заниматся примерно с пятнадцатой минуты. Лента, как водится у японцев, очень неторопливая, даже в чем-то медитативная, лишенная и конфетной романтики, и слезовыжимательства, чем непременно обзаведется задуманный Спилбергом американский ремейк, а простые и понятные истины подаются отнюдь не как откровение свыше. Впрочем, они вообще никак не подаются, они просто есть, потому что это — не поучительная притча, а просто жизнь, которая порой выкидывает те еще коленца.

Открытие кинофестиваля прошло очень быстро и без помпы и пафоса, в абсолютно непринужденной обстановке, без вечерних платьев и Брэда Питта, но зато с интересной певицей, шутками мэра города и директора фестиваля, пытавшейся сделать «селфи» на фоне зрительного зала, и министром культуры Норвегии, прибывшей в Тромсё специально к жтому событию. А затем кинорежиссер Кьель-Аке Андерссон, очаровательная юная актриса Сага Самуэльсон и продюсер Франси Сунтингер представили зрителям совместную шведско-норвежскую картину «Я ничья», о которой, как и о других просмотренных фильмах, — в следующий раз.

1859

Борис Новиков | Международный кинофестиваль в Тромсё. Пролог.

13.01.2014 02:26, внесены изменения 15.01.2014 08:33

После безобразно теплого и дождливого петербургского января приехать на самый север Норвегии и, глядя в тёмно-серое ночное небо, ловить всем своим естеством мириады снежинок, щедро сыплющихся на землю, и ощущать, как щиплет за щёки лёгкий морозец, — это, как сейчас принято говорить, бесценно. Впрочем, это действительно самое подходящее слово. В норвежском городе Тромсё, где завтра открывается международный кинофестиваль, — зима. Та самая, к которой ваш покорный слуга, выросший на Кольском полуострове, привык с детства; ну, может быть, здесь она самую малость помягче. Пока что. И город выглядит совершенно кукольным, нереальным, игрушечным, и не верится даже, что здесь действительно живут люди, потому что кажется, что эта заснеженная красота — часть дорого оформленной электрической железной дороги Piko, мечты каждого советского школьника.





Вечер в Тромсё — это уютная красота, свойственная разве что родным местам, с которыми встречаешься вновь после долгой разлуки и, шагая по тихим улочкам и слушая, как радостно скрипит под ногами сухой, рассыпчатый снег, вспоминаешь о счастливых мгновениях первых лет жизни на этом свете. Мне всегда казалось, что именно таким видится старикам рай — тихим, красочным и милым городком родом из детства.

Завтра начнется работа. Конкурсные и внеконкурсные фильмы, мероприятия, тексты. А сегодня хочется побыть наедине с этим прекрасным местом, поймать языком пару снежинок и побороть желание упасть навзничь и изобразить в снегу ангела.

1354

Рейтинг блогеров по просмотрам

по просмотрам
В изоляции
Дублированный трейлер
Кровь и вода
Трейлер
* просмотры за прошедшую неделю / № п/п | название видеоролика
по комментариям
Неистовый
Трейлер
5
13 причин почему
Трейлер четвертого сезона
1
Довод
Дублированный трейлер №2
1
* за прошедший месяц / № п/п | название фильма | кол-во комментариев
по просмотрам
Джонни Депп может сыграть Федерико Феллини?
Появилась информация, что Джонни Депп может воплотить образ режиссера Федерико Феллини в предстоящем байопике.
Сценарист «Джона Уика» экранизирует видеоигры
Дерек Колстад поделился своими планами на ближайшее будущее.
ЛГБТ-мультфильм от Pixar
Студия Pixar опубликовала короткометражную анимацию про гомосексуальную пару.
История настоящего «Повелителя мух»
New Regency экранизирует реальную историю «Повелителя мух».
«Мир Юрского периода» продолжится
Третий фильм «Мира Юрского периода» положит новое начало.
по комментариям
Фото со съемок второго «Аватара»
В сети появилось новое фото с Сигурни Уивер со съемок сиквела «Аватара».
4
«Неистовый» Рассел Кроу собирается подвинуть «Довод» Нолана
В сети появился первый ролик триллера «Неистовый», главную роль в котором исполнил Рассел Кроу.
3
Рецензия на фильм «Тайлер Рейк: Операция по спасению»
«Операция по спасению» с Хемсвортом выглядит по-настоящему дерзким экшеном в лучших традициях фильмов Рейд и Заложница.
3
Том Круз и Илон Маск отправятся в космос
Том Круз совместно с компанией Илона Маска SpaceX и NASA готовится покорить космос.
3
Кейт Бланшетт нарасхват
Сегодня стало известно еще о двух проектах, в которых можно будет увидеть талант Кейт Бланшетт.
1
* за прошедший месяц
© COPYRIGHT 2000-2020 Настоящее кино | Обратная связь | Размещение рекламы
Издается с 13/03/2000 :: Перепечатка материалов без уведомления и разрешения редакции возможна только при активной гиперссылке на www.Filmz.ru и сохранении авторства | Главный редактор on-line журнала Настоящее КИНО Александр Голубчиков, шеф-редактор Максим Марков. Программирование Вячеслав Скопюк, Дмитрий Александров, Андрей Волков, Юрий Римский, Александр Десятник | Хостинг предоставлен провайдером Qwarta.ru
Журнал "про Настоящее кино" зарегистрирован Федеральной службой по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия. Свидетельство ПИ № 77-18412 от 27 сентября 2004 года.

Мнения авторов, высказываемые ими в личных блогах, могут не совпадать с мнением редакции.
Партнер Рамблера | статистика mail.ru | Rambler Top100 | LiveInternet

filmz.ru в социальных сетях

Пожалуйста, авторизуйтесь.

Выполнение данного действия требует авторизации на сайте.

   Регистрация | Забыли пароль?

×