«Большая жратва»
Если бы Джонатан Мостоу не снимал кино, то наверняка работал бы в сети быстрого питания. «Свободная касса!» — и на тебе, большущий калорийный гамбургер с картошкой фри и гастритом в придачу. Удовольствие хоть и сомнительное, зато с гарантиями: относительно вкусно и сытно. Предыдущее творение режиссера, азартно преданное анафеме, было сработано по аналогичному принципу. Разгромленная в пух и прах третья часть «Терминатора» — вполне приемлемый pure entertainment, не пытающийся скрыть от зрителя свою истинную природу: в придачу к Арни в нем была симпатичная металлическая девица, забавно вертевшая головой на фоне эффектной 170-миллионной разрухи. В активе новоиспеченных «Суррогатов» тоже имеется киногерой — старина Брюс Уиллис, которого здесь ровно два экземпляра — и оба по цене одного. Что уж там говорить о пресловутых синтетических пустышках, бережно расставленных длинными рядами по законам мерчандайзинга: блондинистые марионетки презентованы в картине, словно бутылки шампанского в супермаркете накануне Нового года.
Разумеется, в своем стремлении сделать «красиво», режиссер Мостоу время от времени сам уподобляется скучному стерильному пластику. «Суррогаты», являясь очередной сатирой на мир гламура, слишком демонстративны и безобидны, чтобы представлять хоть какую-то ценность для искушенного зрителя. Авторов не особо трогает вся эта позапозавчерашняя гуманистическая проблематика, где деградирующее человечество со стремительной скоростью, сравнимой лишь с эволюцией высоких технологий, теряет личность и душу. Сюжетный каркас, позаимствованный из одноименного комикса четырехлетней давности, то и дело скрипит и шатается, как какой-нибудь ржавый и несмазанный Валл-И. Детективная интрига и вовсе шита белыми нитками, да так, что концовка с легкостью считывается минут за тридцать до финала. Впрочем, все это не имеет ровно никакого значения, поскольку тактика режиссуры у создателя «Суррогатов» заключается в несколько ином творческом подходе.
Мостоу — удивительно толковый ремесленник, который прочно застрял в лихих 90-х. В кульминационный и самый ответственный момент его герои должны нажать на кнопку, которая остановит смерть всего живого. У него, в конце концов, красивые механические девушки скачут по автомобильным бамперам так, будто вместо мутного зеленоватого бензина в их искусственных пластиковых жилах течет расплавленный криптонит. Ну и Брюс, конечно. Все отлично знают, что крепкому орешку идет любой костюм: от потертой майки-алкоголички классического героя боевиков до строгих пиджаков заправского психоаналитика. В «Суррогатах», как было сказано ранее, сразу два Уиллиса: седой, потертый жизнью старикан, эффектно разбивающий головы попавшимся под горячую руку синтетическим красавцам, и помолодевший лет на тридцать клон, с интеллигентными манерами и прилизанной челкой. Оба образа гармонично сосуществуют во вселенной, которая откровенно плохо продумана с точки зрения современной фантастики.
В этом мире нет набивших оскомину философем, в нем проблемы решают путем банальной беседы, здесь люди показаны так, что задумываться о спасении человечества и вовсе должно быть стыдно. Но каждый раз, когда Брюс Уиллис невразумительно рявкает на все эти киношные несправедливости, ты растекаешься в блаженной улыбке. 88 минут пролетают вмиг, после чего осознаешь, что искусственность ради искусства — это не так плохо, если зрелище представлено вот в таком первозданном, отполированном и незамутненном виде. И что самое главное: кино с таким почтительным ретро-душком уже давно не снимают. И после потенциального разгрома в прессе вряд ли будут это делать в дальнейшем. Оно, по сути, действительно фантастика, поскольку уходит в историю. Так что следует ловить момент и просто наслаждаться тем, что ныне могут себе позволить лишь дети. Выходя из Макдональдса сытыми, они никогда не жалуются на то, что еда не сделала их вдобавок еще и просветленными.
